Пермский раскол. Екатеринбург и Екатеринбургский уезд *

Продолжим выборочно читать «Обозрения Пермского раскола, так называемого «старообрядчества», архимандрита Палладия. Сегодня у нас на очереди взволнованные речи автора, смущенного разгулом старообрядчества в екатеринбургском уезде Пермской губернии.

«Город Екатеринбург основан в 1723 г. начальником олонецких заводов, генерал-майором де-Генин, который по именному указу императора Петра I (от 22 апреля 1722 года) прибыл в Сибирь с капитан-поручиком Татищевым для распространения и усиления здесь горнаго дела. Положив основание Екатеринбургу, де-Генин устроил в нем разнаго рода фабрики, на которыя принимали всяких пришлых людей, бродяг и раскольников, ссылавшихся на уральские горные заводы за сопротивление власти гражданской и церковной, эти раскольники, надо полагать, положили начало екатеринбургскому расколу. Затем, быстрое обогащение и усиление раскольников, постоянныя сношения с невьянскими староверами, продолжительное и открытое пребывание здесь беглых попов и расколоучителей, послабления гражданской власти раскольникам – все это вместе способствовало усилению екатеринбургскаго раскола. Оттого г. Екатеринбург, с близ лежащим шартанским селением , вскоре сделался гнездом раскола, а здешние староверы, по своему богатству, связям, по своему упорству считались по всей Сибири столпами раскола и постоянно имели величайшее влияние на усиление и распространение его во всей Пермской губернии, частию Оренбургской, Тобольской и даже Томской . Чрезвычайное усиление екатеринбургскаго раскола и вредное его влияние на жителей православных по всему Зауралью вскоре обратили на себя внимание правительства. В 1788 г. по именному Ея Величества Екатерины Алексеевны указу назначена была особая, временная миссия для обращения упорных уральских раскольников.

Более благонамеренные из общества екатеринбургских раскольников (во главе которых стоял екатеринбургский купец Яков Толстиков), приняв увещания миссии, решили основать в Екатеринбурге единоверческую церковь; каковая с открытием в 1803 году единоверческаго прихода и была построена в 1805 году. Это была, по богатству, первая единоверческая церковь во всей Пермской губернии. Не смотря на это раскол и после был силен в Екатеринбурге. Большая часть староверов и слышать не хотела о присоединении к единоверческой церкви, считая ее не более, как ловушкою. Упорные ревнители мнимой старины имели в Екатеринбурге свой храм во имя святителя Николая и свое богослужение, которое отправляли по старым книгам открыто проживавшие здесь беглые раскольнические попы, а потому не находили нужды обращаться к единоверческой или православной Церкви.

Притом, раскольников защищали и поддерживали сильные по своему влиянию и богатству купцы: Рязанов, Казанцев и Тарасов; они были старшинами и протекторами Никольскаго храма, так сказать, столпами екатеринбургскаго раскола. Непрерывныя сношения с Иргизскими монастырями, высылавшими сюда беглых и исправленных попов, имели также немалое влияние на усиление сего раскола. Настоятели и иноки Иргизских монастырей посылали свои увещательныя грамоты и послания екатеринбургским староверам, которые извещали о всех опасностях для раскола и учили, как избегать их, всячески старались сохранить их целыми от обольщения «никонианцев», вливали в единомышленников своих весь враждебный и крамольный дух свой.

При такой поддержке со стороны Иргизских монастырей, при защите богатых и сильных екатеринбургских раскольников, здешние староверы не слушали никаких увещеваний церковной власти, а гражданской и вовсе не боялись; поелику в запасе всегда имели обильные средства расположить ее молчать и смотреть сквозь пальцы на все успехи раскола. От сего в г. Екатеринбурге образовалось особое раскольническое общество, центр и средоточение раскола, с весьма сильным влиянием на соседственные уезды. Почти все раскольники Пермской губернии, при увещаниях миссионеров, в оправдание своего упорства, указывали на екатеринбургских староверов, изъявляя желание присоединиться к Церкви, если те обратятся.

Из Екатеринбурга раскол распространился прежде всего по уезду Екатеринбургскому, находя себе особое сочувствие между жителями частных владельческих заводов.
Из таких заводов, ранее других, заразились расколом заводы г. Яковлева:
1) Верхнеисетский (осн. В 1726 г.), средоточие заводоуправления, первоначально заразился расколом от беглых людей и разных переселенцев; самый раскол усилился здесь от постоянных сношений с екатеринбургскими и шарташскими раскольниками. Первые правители Яковлевских заводов были упорные раскольники, которые в заводах, от них зависящих, должностныя места предоставляли таким же старообрядцам, как и сами. От сего раскол легко распространялся и в других Яковлевских заводах; а именно:
2) В Верхнее-тагильском (осн. В 1716 г.). Здесь раскол поддерживался скитниками, проживавшими в смежных лесах.
3) В Уткинском (осн. В 1749 г.) заводе раскол появился с переселением сюда из других заводов мастеровых раскольников.
4) В Верхнейвинском раскол поддерживался и распространялся беглыми попами, из которых особенно замечателен по своему влиянию на староверов поп Парамон, и лжеиноками.
5) В Шайтанском (осн. В 1731) раскол поддерживался молитвенным домом, впоследствии отобранном (в 1836) для единоверческой церкви.
Так распространялся раскол и в других Яковлевских заводах.

Одним из самых ревностных и сильных распространителей раскола в Екатеринбургском уезде был саратовский купец Расторгуев, упорный раскольник, перекупивший некоторые заводы Демидова в начале текущего столетия. Поселившись в Кыштымском заводе, Расторгуев открыл раскольническое училище; неоднократно выписывал из Иргизских монастырей беглых попов и устроил часовню для староверов, а в округе каслинских заводов основал два монастыря – мужеский на берегу озера Сунгула – в 12 верст. от Кыштымскаго завода – и женский в 7 вер. от того же завода на берегу озера Анбаша, разделенный на 4 скита, в коих до 1830 г. проживали скитницы, переселившиеся сюда из разных губерний. Монастыри, поддерживаемые заводскими властями, служили сильной опорой и рассадников раскола. Таким образом, раскол скоро распространился и усилился в заводах Кыштымском и Каслинском.

Из заводов г. Демидова завод Ревдинский скорее и более других заразился расколом. Еще до основания сего завода (1739 г.) близ него в деревню «Краснояр» в 1720 г. из разных вотчин г. Демидова, переселились беглопоповцы, распространившие раскол и в самом заводе. Впрочем, успехам раскола здесь содействовало и заводское начальство, дозволявшее староверам свободно держаться своего учения и обрядов, и не препятствовавшее им усиливаться. Раскольники, усилившись, вскоре сами заняли должности заводския и тогда постарались сделать для раскола все, что могли: - выписывали из Москвы и из Иргизских монастырей попов мнимо-древняго благословения, на заводские суммы устрояли в лесах скиты и содержали их , строили часовни, из которых одна была в самом Ревдинском заводе, другая в деревне «Краснояр», третья в ските близ этой деревни, четвертая также в ските в 7 верст. от «Краснояра». По требоисправлению ревдинские староверы обращались в Верхъисетский завод, где долго проживал беглый поп Парамон. Самое благоприятное время для успехов Ревдинскаго раскола было с 1815 по 1835 год. В последнем году в Ревдинском заводе была построена единоверческая церковь и число раскольников уменьшилось значительно.

Достоверно известно, что раскол в села и деревни Екатеринбургскаго уезда занесен из вышеименованных заводов. Жители селений, смежных с заводами, временно проживая в последних, напитывались здесь духом раскола, а по возвращению домой, старались совратить в него и других, чему много содействовали заводские расколоучители, разъезжавшие по селам и деревням с проповедию старой и якобы гонимой веры.
Нельзя умолчать здесь о Шарташском селении, коего жители, все до одного, были самые злые раскольники и ревностнейшие распространители раскола не только в смежных уездах и селениях; но и во всей Пермской губернии. В Шарташе было 8 женских раскольнических скитов, в которых проживали, с разных мест переселившиеся сюда, лжеинокини, и в 3 часовни, при которых служили открыто проживавшие здесь беглые попы».

«…Жители селений, смежных с заводами, временно проживая в последних, напитывались здесь духом раскола, а по возвращению домой, старались совратить в него и других, чему много содействовали заводские расколоучители, разъезжавшие по селам и деревням с проповедию старой и якобы гонимой веры…».

И чего это, спрашивается, все жители местные так легко становились сторонниками старой веры, да еще и активными сторонниками? Ах да: «якобы гонимой веры»! Вот уж действительно – может быть гонения всяческие только суть легенды и сказки народные?

Лев Иванович Расторгуев 1769-12.02.1823) один из богатейших уральских предпринимателей, владелец Каслинского, Кыштымского и других заводов, не только был строгим сторонником старой веры, но и активно покровительствовал старообрядцам. Интересно, что у него дома была молельня, фотографии иконостаса которой сохранились. Иконы были выполнены невьянскими старообрядческими иконописцами Богатыревыми в 1814-1822 годах.
Судя по всему, Лев Иванович на самом деле не был хорошим управленцем и при нем дела на заводах шли не очень хорошо. Гораздо более известен в качестве управляющего уральских заводов старообрядец Григорий Федотович Зотов (1775 - около 1840 года).
Что вы сможете прочесть о нем. Ну, например: крепостной самородок, талантливый конструктор и предприниматель, руководитель по призванию (20 лет управления им Верх-Исетскими заводами – период их расцвета и мировой славы). «Кыштымский зверь» - за его отношение к рабочим – это тоже, к сожалению, о нем. Умен, недаром под его обаяние подпадает даже император Александр I при их личной встрече в Екатеринбурге в конце сентября 1824 года. Об этом визите следует сказать особо: император останавливался в особняке Расторгуева, а его свита – в доме Зотова. Одно это – проживание в домах старообрядцев! – стоит удивления. Восхищенный Александр так писал о Зотове императрице: “В первый раз в жизни я встретил мужика с таким светлым умом и опытностью во всех отраслях горного искусства. В продолжение одного часа, я узнал от него гораздо более о положении здешнего края, нежели во все мое путешествие по Уралу!”. По-видимому, это была более чем частная встреча: император присутствовал на службе в старообрядческой часовне, разрешил поставить кресты на большом храме в Екатеринбурге и даже предлагал избрать “архиерея старообрядцев”. Кто знает, как повлияла бы на отношение власти к старообрядчеству в дальнейшем поездка Александра I на Урал! Но уже в следующем 1825 году Александра I не стало…

ekat_1.jpg

Вид Верх-Исетского завода. 1820-ые годы
Источник

ekat_2.jpg

Портрет Льва Ивановича Расторгуева. Неизвестный художник. Начало XIX века.
Источник

ekat_3.jpg

Иконостас молельни в доме Л.И.Расторгуева (более известном как «Харитоновский дом»)
Источник

ekat_4.jpg

Портрет Григория Федотовича Зотова. Неизвестный художник. 1820-ые годы
Источник
—————–

1)  В 5 в. от Екатеринбурга. В Шарташе и доныне живут самые упорные раскольники.
2)  В 1832 г. 150,000 раскольников из сих губерний чрез своих депутатов, по совещании с екатеринбургскими раскольниками, просили императора Николая 1-го о дозволении иметь своих независимых от церковной власти священников.
3)  В 1828 г. в июле иргизские раскольники чрез лжеинока Арсения, уведомляли екатеринбургских единомышленников, что хотя верховная власть и повелевает им принять единоверие; но что они единодушно решились лучше умереть и пострадать, чем принимать единоверческую церковь; к тому же убеждали и екатербургцев. Взято из пис. инок. Арсения к екатеринб. раск. Платону Алексееву.
4)  В 1830 г. в округе Ревд. завода было три скита. Из ревд. беглых попов известен только последний Гавриил. Свед. мест. священнослужителей.

———————
Продолжение. Начало см. Пермский раскол. Предисловие
Пермский раскол. “Старообрядческие” заводы
Источник: «Обозрения Пермского раскола так называемаго «старообрядчества», составлено А.П., Санктпетербургъ, типография духовнаго журнала «Странник», 1863.

Написать комментарий