Старый патефон

«Что же выходит…» - с заметным подозрением спросила меня жена: «…ты, оказывается, на дворовых песнях воспитан? Я вот таких песен никогда и не слышала у нас во дворе». Конечно, хорошо ей, прожила детство в центре города, а мы? Мы с заводской рабоче-крестьянской окраины, у нас, в Соцгороде вот так все и было. Скажи, кому хочешь из наших соцгородских ровесников, например: «На Дерибасовской открылася пивная…», так он мигом с ностальгической улыбкой и продолжит: «…там собиралася компания блатная…». И никак иначе, а, если иначе, то непременно возникнет сомнение – а жил ли ты, брат, в Соцгороде?
Но приходил я домой, а там, надо сказать, совсем другие песни были. У нас, как чуть ли не в каждой советской семье, был патефон. Чудесное устройство! Много потеряли те, кто не крутил ручку патефона, если, конечно, были такие в наше время. Одного завода хватало на одну, а порой и на обе стороны пластинки. Всегда находился желающий заводить, и, если несколько детей в доме собиралось, то непременно в очередь на «заводящего», поэтому и записи звучали без остановки. Правда, я вспоминаю, что старшие порой пропускали младших вперед, но всегда со словами всяческими или с похлопыванием по плечу, что, видимо, должно было означать: «Да, ладно, шкет, проходи, я-то за свою жизнь уже накрутился!». Иголки патефонные менялись очень часто, поэтому хранились они дома целыми коробочками. Мало того, на самом патефоне была такая выдвигающаяся (вернее выворачивающаяся вокруг оси) собственная коробочка, где иголки хранились. Еще сохранилось воспоминание о глубоком детском недоумении: как же так – иголки металлические тупятся, а пластинкам хоть бы что?
Патефона, к моему величайшему сожалению, нет дома уже очень давно. Он исчез так же незаметно, как исчезают многие старые вещи, «историческую» ценность которых осознаешь только много лет спустя. Сегодня я попытался с помощью Интернета вспомнить, какой же патефон у нас был и достаточно уверенно остановился на марке ПТ-3 «Молот». Такие патефоны изготавливались в г. Красногвардейске (до 1944 года – Гатчина). Впрочем, такая марка (ПТ-3), но в несколько иных модификациях шла и на других заводах, например, на Молотовском патефонном заводе, который был основан в декабре 1941 года на базе эвакуированного из Владимира патефонного завода как предприятие по производству боеприпасов, а позднее функционировал как Пермский велосипедный завод.

патефон ПТ-3

Пластинки дома были, но не очень много, и, самое интересное, я не помню, какие. Например, я не помню записей Утесова или Вертинского. Безусловно, я эти записи слышал, однако та часть памяти, что ностальгически связана с домом, на них не отзывается. Но она (эта память) совершенно однозначно откликается на Петра Лещенко. Я уж не говорю про «самовар и мою Машу», но «Моя Марусечка»!!:
«Как-то вечерком с милой шли вдвоем, а фонарики горели…».

А в душе-то что творится, когда слышишь:
«…Ах, эти черные глаза меня пленили.
Их позабыть никак нельзя,
Они горят передо мной.
Ах, эти черные глаза меня любили!
Куда же скрылись вы теперь?
Кто близок вам другой?…»

Я не знаю, почему именно Петр Лещенко, а не, к примеру, Утесов или кто-то другой. Видимо, дома он нравился не только мне.
Между прочим, удивительная у Лещенко жизнь сложилась (см. Самин Д. К. Самые знаменитые эмигранты России. - М.: Вече, 2000, с. 347 – 349).

Петр Лещенко

Родился под Одессой. Достаточно рано оказался в эмиграции. Вначале – вынужденной: когда он находился в составе русских войск, направленных на фронт для помощи румынской армии, Румыния в январе 1918 года оккупировала Бессарабию, отторгнув ее от уже советской России.
Его крупной удачей было знакомство с композитором Оскаром Строком в Риге: 1930 год – начало сольных выступлений Лещенко. Оскар Строк – автор, в частности, знаменитого «Мое последнее танго». Оно и Лещенко сделало известным исполнителем. Интересно, что в 1932 году на Рижском взморье у Петра случилось еще одно знакомство с неизвестными для меня англичанами. Благодаря этим новым знакомым Лещенко дважды с большим успехом гастролировал в Англии. Но в советских официальных кругах, надо сказать, он постоянно (и совершенно безосновательно, на мой взгляд) вызывал раздражение. Так, одна из его песен, «Татьяна» была определена как «шедевр пошлости».
Еще до войны Петр Лещенко переехал на постоянное жительство в Бухарест и пел там в ресторанах, причем один из них так и назывался – «Лещенко».
Записи песен в исполнении Петра Лещенко расходились небывалыми тиражами и много значили в русскоязычных колониях за рубежом. Проникали они и в Союз, но, в основном, через черные рынки. Упоминаний о каких-либо пластинках отечественного производства с записями его песен, я не встретил.
Когда немецко-румынские войска оккупировали в октябре 1941 года Одессу, его трижды пытались призвать в румынский полк, и даже (в связи с тройным отказом Лещенко) судили офицерским судом чести, но без каких-либо последствий. Интересно, что в мае 1942 года Лещенко давал концерт в Русском театре оккупированной Одессы. Так вот, зал был переполнен и стояли даже в проходах. Насколько я понимаю, это было его первое выступление в России и, по-видимому, последнее. В годы аккупации Одессы Русский театр работал, были поставлены несколько спектаклей, в том числе «Ревизор» и «Вишневый сад».
Затем его вновь, в июле 1942 года, пытаются призвать на воинскую службу в качестве переводчика. Больше года он пытается уклониться от призыва, пройдя даже фиктивную операцию, но безуспешно, и с октября 1943 по март 1944 года вынужденно работает в Крыму в качестве заведующего офицерской столовой.
После войны Лещенко пытается вернуться в Советский Союз, пишет письма Сталину и Калинину. Вероятно, тем самым он привлекает к себе излишнее внимание и в марте 1951 года Петр Константинович был арестован на концерте в Брашове (город Румынии, в 50-е годы носил название Орашул-Сталин). Он умер в лагере летом 1954 года…

«Вечерний звон, вечерний звон,
Как много дум наводит он…
О юных днях в краю родном,
Где я любил, где отчий дом…»

старая грампластинка_1

Еще одну замечательную пластинку, которая была дома, я вспомнил. Я вам только подскажу: «Когда простым и нежным взором ласкаешь ты меня, мой друг…». Да, конечно, Вадим Козин, родился 21 марта (3 апреля) 1903 года в Санкт-Петербурге в семье купца первой гильдии Алексея Козина и цыганки из хоровой династии Ильинских-Санкиных Веры Ильинской. Умер 19 декабря 1994 года в Магадане. В Магадане жил очень долго в связи с двумя судимостями в 1944 и 1959 годах.

Вадим Козин

Популярность Козина в крупных городах России, а особенно в Ленинграде в 1930-х годах была фантастической. По воспоминаниям современников, за грампластинками Козина выстраивались огромные очереди. Во избежание беспорядков приходилось подключать даже конную милицию. В годы Великой Отечественной войны Козин выступает с концертами в частях действующей армии. По распоряжению наркома путей сообщения ему для поездок выделяют специальный вагон. Пластинки с записями Козина попадают в особую категорию (не подлежат сдаче на переплавку). Пишут, что за свою жизнь он создал около 300 песен, а его репертуар насчитывал свыше 3000…

«Мы так близки, что слов не нужно,
Что б повторять друг другу вновь,
Что наша нежность и наша дружба
Сильнее страсти, больше, чем любовь…».

Да, это что-то!

“Старый патефон”

Комментариев 4

  1. Здравствуйте, Владимир и Галина! Наверное мысли передаются по воздуху…Моя родная тетушка, сестра папы, была в 50-х годах с мужем в командировке в Англии и привезла оттуда запрещенные пластинки с песнями Лещенко. Все свое детство я их слушала на всех праздниках, когда собирались родственники. У нее был патефон?, на который нанизывалось несколько пластинок, и они чудесным образом передвигались, когда одна заканчивалась. Эти песни прошли со мной по жизни, а с интернетом они вернулись вновь. Хочу приобщить к ним своих внуков!

  2. admin 22 Апр 2011 в 14:59 ссылка на комментарий

    Рады приветствовать Вас на нашем блоге, Ирина!
    Преимущество (и одновременно недостаток) патефона в том, что он не требовал электропитания. Его работа обеспечивалась заводом пружины. Поэтому его можно было взять с собой в парк, в лес или в поле. Кстати, он (патефон) обладал достаточно сильным звучанием, правда, на запись фоном накладывался как бы шелест от механического контакта иглы с пластинкой. Этот шелест или, если хотите, шуршание было слышно в большей или меньшей степени в зависимости от качества пластинки и стертости иглы. Завода пружины хватало лишь на то, чтобы вращать пластинку со скоростью 78 оборотов в минуту, и я никогда не слышал о дополнительных механических устройствах, которые, предположим, позволяли менять пластинки и т.п. А вот с электропитанием такие устройства действительно были. Мой друг в 70-е годы привез подобный проигрыватель из США. Сейчас в Интернете, как Вы уже знаете, есть много старых записей, в том числе и Лещенко, достаточно в поисковике набрать какую-нибудь строчку из его песен. Приобщение к ним внуков – это удачная мысль. Трудно представить, что такие песни могут не понравиться. Интересно, какие записи Петра Лещенко есть у Вас на пластинках.
    Успехов Вам!

  3. Tatiana 07 Май 2011 в 10:16 ссылка на комментарий

    Лещенко
    Я его песен не знала, кроме одной- Журавли
    За эту песню папа полюбил мою маму- по его словам
    Эту песню мама пела очень часто с первых дней моей жизни
    На все посиделках в школе, где она работала. учителя просили “Пална, давай журавлей”

    Здесь под небом чужим
    Я как гость нежеланный,
    Слышу крик журавлей,
    Улетающих вдаль.
    Сердцу больно в груди
    Видеть птиц караваны,
    В дорогие края
    Провожаю их я.
    Сердцу больно в груди
    Видеть птиц караваны,
    В дорогие края
    Провожаю их я.
    Пронесутся они
    Мимо скорбных распятий,
    Мимо старых церквей
    И больших городов.
    А вернутся они,
    Им раскроют объятья
    Дорогие края
    И отчизна моя.
    А вернутся они,
    Им раскроют объятья
    Дорогие края
    И отчизна моя.
    Дождь и осень, туман,
    Непогода и слякоть,
    Вид усталых людей
    Мне они унесли.
    Ах, как сердце болит,
    Сердцу хочется плакать,
    Перестаньте рыдать
    Надо мной, журавли.
    Ах как, сердце болит,
    Сердцу хочется плакать,
    Перестаньте рыдать
    Надо мной, журавли.
    Вот всё ближе они,
    Я всё громче рыдаю,
    Словно скорбную весть
    Они мне принесли.
    Так откуда же вы,
    Из какого же края
    Возвратились сюда
    На ночлег, журавли?
    Так откуда же вы,
    Из какого же края
    Возвратились сюда
    На ночлег, журавли?
    Но не быть чудесам -
    Журавлём я не буду,
    Здесь под небом чужим
    Остаюсь навсегда.
    Так летите ж быстрей
    На мою Украину,
    Передайте привет
    Журавли, от меня.
    Журавли, мой привет
    Передайте прощальный
    Украине-земле
    И родной стороне.

  4. admin 09 Май 2011 в 9:01 ссылка на комментарий

    admin
    Татьяна, твой отклик подвиг Владимира заняться изысканиями в сети и написать маленькую статью по этому поводу. Читай “Загадки песни Журавли” здесь на блоге.

Написать комментарий